– Особых не было, – наконец ответил он. – Только зэковская шкура осточертела.



– Особых не было, – наконец ответил он. – Только зэковская шкура осточертела. Когда будем татуировки сводить?
В комнате натянулась невидимая струна и со звоном лопнула. Петрунов и Ламов переглянулись.
– На следующей неделе и начнем, – менее бодрым тоном произнес Александр Иванович. – Там могут быть закавыки… Потапыч-то от души колол, туши не жалел и иголки
глубоко запускал. Так что придется повозиться…
– Как там Потапыч?
– Нормально! – Александр Иванович снова повеселел. – Он же после того, как тебя разрисовал, из Лефортова не выходил. Отработает в корпусе – и в медицинский изолятор: телевизор, спиртик, да и водочку я ему приносил. Домой мы его даже на выходные не отпускали. Не из недоверия – Потапыч кремень, еще той закалки, с Лаврентием Павловичем работал, сейчас таких людей нет. Просто конспирация есть конспирация. Ему вначале нравилось. Но вчера домой с радостью побежал: по старухе своей соскучился!



 
 

<<...