Вольф покачал головой: – Крепкая больно. Градусов семьдесят, не меньше… – 



Вольф покачал головой:
– Крепкая больно. Градусов семьдесят, не меньше…
– А я выпью. За крепкую власть выпью. Потому как без нее всем хана. Ведь посмотри, что получается…
Потапыч выпил, покрутил головой и снова закусил чесноком.
– В сороковом году я служил срочную в войсках НКВД, ага. Раз пошли на операцию: в одном домике засел злодей – грабитель или разбойник, опера его оттель выкуривали, а нас в оцепление вокруг поставили, чтоб не ушел… А он возьми – и выкинь в окошко перстенек золотой, улику, значит… А один солдатик соблазнился, возьми и подыми, и за пазуху сунь… И что тогда?
–Что?
Вольфа развезло окончательно, он то и дело проваливался в сон, так что голова бессильно свешивалась на грудь, как в метро. И тут же вскидывался, тоже как в метро. Слова Потапыча сливались в дымную завесу, звуковой фон, хотя смысл произносимого сохранялся.



 
 

<<...