Владимир покачал головой: – Жив, жив. Не могу сказать, что совсем здоров, но ег



Владимир покачал головой:
– Жив, жив. Не могу сказать, что совсем здоров, но его уже выписали из больнички. Устроился неплохо, ходит в авторитетах…
У отца отвисла челюсть.
– Ты… Ты…
– Да. Я его видел.
– Там?!
– Да, там. Где же еще?
На лице Генриха проступило выражение озарения.
– Это из-за него тебя так разукрасили?
– Точно.
– И что они от него хотели?
Владимир замялся:
– Этого я сказать не могу.
Генрих вздохнул:
– Значит, ты тоже причинял ему вред. Это рок нашей семьи! Из-за нас должен страдать бедный Иоганн!
– Не такой уж он бедный, – буркнул Владимир. В словах отца был резон. Из-за него Иоганн сел в тюрьму, из-за него получил заточку в бок.
За столом наступила напряженная тишина.
– Почему вы такие грустные? – спросила Лизхен, занося чайник.



 
 

<<...