– А… А это что?! – Чо, чо! Не въезжаешь? – блатным голосом сказал Волк. – На з



– А… А это что?!
– Чо, чо! Не въезжаешь? – блатным голосом сказал Волк. – На зоне топтался, вот и нарисовали! Уроки твои я в гробу видал…
Он расстегнул пуговицы на рубашке и распахнул ворот.
– Во, гляди, какие у нас уроки рисования! Красиво?
– Ой! – директриса попятилась. – Так ты сидел? Если честно, это меня не удивляет!
Вольф застегнулся.
– Странно, Елизавета Григорьевна. И то, что я работаю в органах, вас не удивляет, и то, что я уголовник, – тоже вас не удивляет! Значит, вы считаете, что в органах могут работать уголовники?
Когда-то директриса сплетала обычные слова в клейкую губительную сеть, из которой маленький Вольф выбрался с большим трудом. Сейчас подросший и поднаторевший в политическом сыске Волк набросил такую же сеть на нее.



 
 

<<...