Когда они остались наедине, Фомин сказал: – Ты знаешь, я в чужие дела лезть не



Когда они остались наедине, Фомин сказал:
– Ты знаешь, я в чужие дела лезть не люблю, но одно дело – обычные сплетни, а совсем другое – сплетни вокруг убийства!
– Убийство? Точно?
– Точней некуда. Изнасиловали вдвоем, ножом истыкали, палец отрезали, уши…
У Волка потемнело в глазах. Он представил изрезанную Нину, присыпанную строительным мусором на пустыре…
– Кто?! Кто это сделал?!
– Спроси чего полегче. Только что-то тут странное… Какая-то бравада звериная, блатной почерк. Кольцо и серьги можно спокойно снять, зачем уши и палец резать? Они показать что-то хотели, вот в чем тут дело! Ты эти украшения помнишь? – продолжал Фомин. – Мне точные приметы нужны, для ориентировок.
– Да откуда мне помнить, – хрипло ответил Волк, сглотнув ком. – Я и внимания на них не обращал… Хотя…



 
 

<<...