– Шутишь? Кого это? У нас и нет таких! Отставив бутылку, Мамедов подошел к окну



– Шутишь? Кого это? У нас и нет таких!
Отставив бутылку, Мамедов подошел к окну и стал рядом с москвичом.
– Вот его! – Евсеев показал на памятник. И он не шутил.


* * *

Последнюю проверку проводили ночью, чтобы не будоражить провинциальную общественность невиданным по периферийным стандартам святотатством.
Ночная жизнь в Дичково отсутствовала начисто. Не горели уличные фонари, не мигали неоновые рекламы, не бродили по темным улицам влюбленные пары, не распевала песни под гитару отвязная молодежь. Режимный объект жил по уставу и правилам внутреннего распорядка: засыпал в десять и просыпался в шесть. На это время граница между степью и поселком стиралась густой вязкой темнотой. Только в дежурной части штаба горело окно, да единственная в городе яркая ртутная лампа над входом разгоняла мрак, привлекая мириады роящихся вокруг комаров и мошек и высвечивая световой круг на расчерченном белыми линиями асфальтовом покрытии плаца.



 
 

<<...