– А как же сам текст? – удивился Юра. – Его ведь тоже придется перерабатывать?<



– А как же сам текст? – удивился Юра. – Его ведь тоже придется перерабатывать?
– Самого текста нет, – резко бросила Елизавета Михайловна. – Петр, перестань морочить людям голову!
– Не согласен, – возразил папа-не папа. – Текст есть, только он в моей голове. Я уже и так кандидат наук, и мне не нужны никакие подтверждения! Близкие люди должны меня понимать! Но если дело пойдет на принцип, то я выйду на защиту! Да, выйду!
Голос его дрогнул, как будто он пообещал взойти на Голгофу.
Елизавета Михайловна встала:
– Там уже, наверное, все готово… Пойдемте мыть руки…
Потрескавшаяся ванна, отвалившаяся плитка, облупленное по краям зеркало, устойчивый запах сырости, текущий бачок и стоящее рядом ведро с водой… Впечатления не улучшало даже специально повешенное белоснежное полотенце. Похоже, эти люди еле сводят концы с концами… Мысль мелькнула и пропала было, но когда Юра вошел в гостиную и увидел старый-престарый сервант с разномастной посудой, протертый диван и допотопный черно-белый телевизор, то понял: Шурочка живет в бедности! И самодельные платья с воланчиками – не от хорошей жизни…



 
 

<<...