А потом Хорь осекся на полуслове. И не то, чтобы остановился, а как шел, так сразу



А потом Хорь осекся на полуслове. И не то, чтобы остановился, а как шел, так сразу и присел, будто пулю в живот получил. И Леший увидел то, что увидел Хорь. Первые секунды он не мог осознать, что же это такое, что случилось, – только жуткая морда из темноты и густой поток смердящей вони. Остолбенел. Где он, в каком мире? То ли здесь, под мирной Москвой, среди булькающих труб и привычно воняющих нечистотами каналов… то ли на войне, в превращенном в зиндан погребе на окраине горного аула?.. Эти секунды были самые неприятные, ибо все, что Леший тщательно прятал в себе, не выпускал наружу, заталкивал в прорехи разбухшей памяти и латал, латал без устали, – вся эта дрянь вдруг выперла наружу. На две-три секунды, не больше. Но и этого было достаточно.
Он приподнял респиратор, сплюнул и повторил:



 
 

<<...