– Пусть заявление о переводе на северную промзону пишет. – Шансов, что он выж



– Пусть заявление о переводе на северную промзону пишет.
– Шансов, что он выживет, прямо скажем, немного.
– Тогда как зомби отработает, – фыркнул Гельман. – Олег Владимирович, снежные люди уже к Стылому морю вышли, можно туда начать перекидывать людей с южного направления и промзоны?
Шутники, блин. Я мысленно плюнул на прижимистого врача – где твоя клятва Гиппократа, сволочь? – но тут под кожу чуть ниже локтя воткнулась иголка, и ватное оцепенение руки сменилось леденящим онемением, которое начало быстро распространяться по всему телу. Через несколько мгновений я провалился в беспокойный и очень холодный сон.

ГЛАВА 12

Холод – жара, холод – жара. Проснувшись около полуночи, я скорчился на койке и то закутывался в тонкое больничное одеяло, то скидывал его на пол. Холод – жара, холод – жара. Пик выворачивающей суставы боли, и все по-новой: холод – жара, холод… И так несколько часов подряд. От таких температурных перепадов мог растрескаться и камень, только вот организм человека покрепче. Из некоторых вообще гвозди можно делать. Мне до такого совершенства далеко, поэтому немного забыться сном удалось только ближе к утру. И то сон этот больше походил на бред. И ни суета медперсонала, меняющего пропитанные мазями повязки, ни громогласные распоряжения Долгоносова, ни приложенная ко лбу влажная тряпочка не могли меня окончательно разбудить.



 
 

<<...

 

630 - . .