— Какие-то шкуры у вас потертые, — вслух засомневался купец. — Больше девяноста



— Какие-то шкуры у вас потертые, — вслух засомневался купец. — Больше девяноста не дам.
— Эта, может, и потертая, — не стал спорить охотник. — Самка потому что. Остальные нормальные. Если все возьмете — тридцатку скину.
— Ха! Три шкуры — это уже опт. Триста сорок пять за все.
— Не смешите мою лошадь! — возмутился показывавший купцу шкуры охотник и сдвинул панаму на затылок. — Скупщик в Форте без разговоров четыре сотни отвалит.
— До Форта еще ехать и ехать. А мои денежки — вот они.
— Бать, а бать, — почесал короткостриженый затылок Серега. — Приценись к синькам.
— Зачем еще?
— В том месяце Лигу на Базу пустили. Им продадим, бабы ж цены деньгам не знают.
— Нужны они им, — засомневался Михаил Григорьевич. — Да и стухнут…
— Не стухнут — зажарим и съедим, — загорелся Серега. — А бабам перья впарим. Мне Борька Ефимов — это тот, который с братками тусуется, — рассказывал, что на оперенье стрел лучше всего перья синьков подходят. О! Сестры не возьмут, через Борьку браткам сдадим.



 
 

<<...