Теперь мне приходилось соображать и точно и быстро. Прежде всего, я нашел подтве



Теперь мне приходилось соображать и точно и быстро. Прежде всего, я нашел подтверждение рассказу Росси — помимо его исчезновения — в лице этого неумытого чудака библиотекаря, укушенного в шею. «Допустим, — сказал я себе, сдерживая насмешку над собственным легковерием, — просто допустим, что библиотекарь укушен вампиром, причем совсем недавно. Росси сгинул из кабинета, где остались следы крови, — напомнил я себе, — всего за две ночи до этого. Дракула, если он здесь замешан, питает, кажется, пристрастие не только к лучшим представителям научного мира (здесь я вспомнил беднягу Хеджеса), но и к библиотекарям и архивистам. Нет… — поправился я, резко выпрямившись, — он питает пристрастие к тем, кто роется в архивах, связанных с легендой. Первым был стамбульский чиновник, отобравший у Росси карты. Потом сотрудник смитсоновского музея, — перечислял я, вспоминая письма Росси. — И, само собой, сам Росси, хранивший экземпляр „сей милой книжицы“ и раскопавший все доступные источники. Затем сегодняшний библиотекарь, хотя у меня пока не было доказательств, что он имел дело с документами о Дракуле. И наконец… я?»



 
 

<<...