Когда мы вернулись в безопасность руин — представь, теперь они казались мне над



Когда мы вернулись в безопасность руин — представь, теперь они казались мне надежным укрытием, — Георгеску сел к огню и с облегчением раскурил свою трубочку.
— Господь всемогущий, дружище, — выдохнул он. — Еще немного, и нам бы конец.
— Кто они?
Он швырнул спичку в огонь и ответил коротко:
— Уголовники. Их еще называют Железной гвардией. Шляются по здешним селам и учат молодежь ненависти. Особенно ненавидят евреев и мечтают избавить от них мир. — Георгеску свирепо затянулся. — Нам, цыганам, известно, что где убивают евреев, там и цыганам приходится худо. И другим тоже достается.
Я заговорил о странной фигуре, которую заметил на краю поляны.
— Ну, ясное дело, — пробурчал Георгеску, — такие, как они, привлекают очень своеобразных поклонников. Очень скоро каждый пастух в горах будет на их стороне.



 
 

<<...