Дракула, величественно выпрямившись, занял огромное кресло. Его кресло было сре



Дракула, величественно выпрямившись, занял огромное кресло. Его кресло было средневековым: простое деревянное сиденье и прямая спинка, но мое, как и оттоманка, снабжено было мягкой обивкой. Хозяин снисходительно заботился об изнеженном современными удобствами госте.
Долгие минуты мы просидели молча, и я уже решил, что он собирается провести так остаток ночи, когда он снова заговорил.
— При жизни я любил книги, — сказал он, чуть повернувшись ко мне, так что я видел блеск его глаз и глянец небрежно рассыпавшихся волос. — Не знаю, известно ли вам, что я был в некотором смысле ученым. Кажется, это обстоятельство малоизвестно. — Его голос звучал бесстрастно. — Но вы наверняка знаете, что в мое время книги были редкостью. В смертной жизни я читал в основном тексты, освященные церковью, например Евангелие и ортодоксальные комментарии к ним. В конечном счете эти труды мне так и не пригодились. К тому времени, как я занял законно принадлежащий мне трон, великие библиотеки Константинополя погибли. То, что сохранилось, осталось в монастырях, где я не мог видеть их собственными глазами. Купцы доставляли мне странные и таинственные книги из разных стран: из Египта, из Святой Земли, из великих городов Запада. Из них я узнал о древней магии. Зная, что небесный рай для меня недостижим, — все тот же бесстрастный тон, — я стал историком, чтобы сохранить навечно свою собственную историю.



 
 

<<...