Боярин Федор, словно откликаясь на мишкины мысли, подал голос: – Кирюш, а ведь



Боярин Федор, словно откликаясь на мишкины мысли, подал голос:
– Кирюш, а ведь старший сын Славкин - Вячеслав Ярославич, что в Клецке сидит… Он же, вроде, как племянник тебе?
– Эх, Федька! Да была б у меня не сотня задрипанная, а войско настоящее… Повышибал бы я Мономашичей и с Волыни, и из Турова, да посадил бы Вячка на отцовский стол!
– Ты что, Кирюха? - Федор Алексеич испугано замахал руками. - Окстись! Не дай Бог услышит кто, да донесет! Тоже мне, воевода великий! Князей он по столам рассаживать будет!
– Да не трясись ты, Федька! - Дед свысока глянул на приятеля и пьяно ухмыльнулся. - Сразу видно, что воинского дела ты не знаешь. Привык тут на погосте мешки да короба считать… - Мишке так и показалось, что дед сейчас добавит: "крыса тыловая". - У меня в Ратном неполная сотня, в Пинске и Клецке, наверно, и того меньше. Всей войны: что два раза чихнуть, да один раз пёрнуть… А на счет доноса… Да если бы ты тут у себя доносчиков терпел, так давно бы из погостных бояр вылетел. Что я не знаю, что ли?…



 
 

<<...