– А сам? - Дед кивком указал на мишкину перевязанную голову. – Царапина. - Мишк



– А сам? - Дед кивком указал на мишкину перевязанную голову.
– Царапина. - Мишка поймал себя на том, что произнес это слово точь-в-точь, как герои советских фильмов о Великой Отечественной Войне.
Дед покивал каким-то своим мыслям и задал новый вопрос:
– Чего Петруха на санях-то? Верхом быстрее.
– Как он верхом ездит, я не знаю, а в пустых санях почти так же быстро.
– Ладно, вон того видишь? - Дед указал на одного из лежащих лесовиков. - Стащи с него бронь и свяжи. Если начнет дергаться, добавь ему, но не убивай.
Лежащий навзничь лесовик был уже не молод, голова и борода были больше, чем наполовину седыми. Кажется, это был как раз тот, последний из трех всадников, с которым дед схватился грудь в грудь. Шлема на голове у него не было, а вся левая половина лица превратилась в один сплошной синяк, видимо, дед приложил его мечом плашмя. С трудом ворочая тяжелое тело, Мишка принялся стягивать с него кольчугу.



 
 

<<...