– Ну, ты голос-то не повышай, мал еще на сотника… Листвяна, каким-то деревянны



– Ну, ты голос-то не повышай, мал еще на сотника…
Листвяна, каким-то деревянным голосом прервала деда:
– Михайла Фролыч прав.
– Да знаю я, что прав!!!
Дед грохнул по столу кулаком, потом поднялся, и захромал, стукая деревяшкой, от одной стены горницы до другой. Мишка и Листвяна остались неподвижны. Ключница лишь настороженно сопровождала глазами мечущегося деда, словно собиралась в нужный момент кинуться к нему и удержать от какого-нибудь безрассудства.
Мишка же сидел, упершись локтями в стол и на деда не смотрел. Когда матерый мужик вот так мечется, словно зверь в клетке, лучше ему глаза не мозолить, и вообще на него не смотреть. В такие моменты каждый взгляд чувствуешь кожей, и это заводит еще больше.
Наконец, дед заговорил. Ни к кому, вроде бы, не обращаясь и не ожидая от слушателей никакой реакции:



 
 

<<...