– Пойдем, старшина, приляжешь. - Продолжила Листвяна. - рановато ты с постели под



– Пойдем, старшина, приляжешь. - Продолжила Листвяна. - рановато ты с постели поднялся, полежать бы тебе еще денек. Сейчас медку тебе стоялого чарочку поднесем, согреешься, успокоишься…
Вспышка бешенства, как оказалось, высосала из Мишки все силы. Он покорно дал подхватить себя под руки, разжать по одному пальцы на рукояти засапожника, отвести в дом…
Уже сидя на постели и прихлебывая из чарки мед, Мишка равнодушно слушал, как Листвяна рассказывает, неизвестно откуда взявшейся матери:
– Ничего страшного: покричал, стенку ногами попинал, ножик, правда, сломал, но главное - никто ему под руку не подвернулся. Обошлось.
– Он же тебя мог… - В голосе матери сквозил нешуточный страх. - Как ты решилась-то?
– А у меня муж покойник такой же был. Бывало как вспыхнет, как вспыхнет… Через это сколько раз мужиками бит был! Да и смерть принял… Они с соседом берлогу медвежью нашли. Сосед-то рогатину наставил, а медведь на дыбы вставать не стал, а "свиньей" пошел. Рогатину лапой в сторону отбил, тут бы и конец соседушке. А мой как заревет да с топором… Сосед потом сказывал, что неизвестно, кто страшнее ревел - мой или медведь.



 
 

<<...