- Кхе! Никифор, ты ж, ведь, не супротив Русской Правды? - Как можно! Винюсь, Корне



- Кхе! Никифор, ты ж, ведь, не супротив Русской Правды?
- Как можно! Винюсь, Корней Агеич, оговорился!
"Браво, сэр, обвинение поставлено в положение оправдывающегося! Дура лекс Эт лекс! Продолжаем!".
- А в Русской Правде сказано: "В смерти волен только князь". Если ты Никифор Палыч говоришь о казни, значит, этому судии не доверяешь и хочешь, чтобы дело разбирал князь?
- Да о какой казни? Ребенок же! Михайла, ты чего несешь?
- Десятник Андрей! - Настырно поправил Мишка.
- Э? Да, десятник Андрей. Никакой казни, и к князю незачем… Подумаешь, мальчишки подрались. Чего там князю разбирать? Если к князю со всякими пустяками ходить…
- Значит, пустяки, мальчишки подрались?
- Ну, да… это самое… Нет! Один-то мальчишка - холоп, а второй - мой сын! Дело, конечно, не для княжьего суда, но… Я хозяин, мой холоп провинился, я и сужу. То есть, Корней Агеич. Ты меня не сбивай, Мих… Андрей!



 
 

<<...