- С Феофана. Я его лет семь или восемь не видел. Как он теперь? - Благообразен. В



- С Феофана. Я его лет семь или восемь не видел. Как он теперь?
- Благообразен. В теле, анахоретом не выглядит. Чувствуется, что умен и хитер, а приветливость его… Нет, не приветлив он на самом деле. Силен и храбр. Не побоялся с кистенем в одиночку против нескольких татей выйти.
- С кистенем? - Удивился монах. - Это что-то новенькое, не водилось за ним такого раньше. От тебя чего-нибудь хотел?
- Хотел меня своим соглядатаем сделать. Впрямую не говорил, но я догадался.
- Паршивец, прости Господи. И что ты?
- Я… Понимаешь, отче, пришло мне в голову, что он в молодости в ничтожестве обретался. То ли холопом был, то ли еще кем-то, но даже не вольным смердом. Что-то в нем осталось от рабской неуверенности в себе. Нет, не так. Что-то от постоянного ожидания воли господина, от готовности подчиниться… Прости, отче, не умею объяснить. Ну, вот, почувствовал я это, сделал морду сапогом и заговорил с ним, как с холопом. И показал Феофан слабину! Заюлил глазами, намеки свои прекратил… Что такое, отче?



 
 

<<...