Где- то далеко раздавались крики: - Старшину убили, режь их всех! Стоять! Детей



Где- то далеко раздавались крики:
- Старшину убили, режь их всех! Стоять! Детей не трогать! Стоять, убью, ур-роды. Живой старшина, глядите: шевелится!
Визжали женщины, кричали дети… Ничего этого Мишка не замечал, бестолково дергая трясущимися руками бармицу. Наконец, кто-то освободил подбородочный ремень, стащил с Мишки шлем и растерянно выругался, увидев то, во что превратилась левая часть головы старшины Младшей стражи.
Как его выволакивали под руки из дома, Мишка не запомнил. На краткое время его привел в чувство испуганный крик деда:
- Михайла!!! Что с ним? Живой?
Потом были только боль и темнота. Очень долго, очень больно и ни искорки света даже в уцелевшем глазу.


Глава 2

Выздоравливал Мишка долго и тяжело. Купальские праздники он, конечно пропустил, да и не до праздников было. Рассеченная, прижаренная и истыканная занозами бровь гноилось и жутко болела, Мишка то метался в жару, то трясся от озноба. Настена несколько раз поила его каким-то одуряющим зельем, от которого он начисто вырубался на несколько часов, а потом еще долго воспринимал боль несколько приглушенно.



 
 

<<...