Мишкин крестник был на удивление бодр, даже весел, опасность, как будто, преобра



Мишкин крестник был на удивление бодр, даже весел, опасность, как будто, преобразила "святошу" в того самого Роську, которого Мишка помнил по Турову.
"Так, что теперь? Десяток Артемия! Он ничем не занят, надо бы посты выставить и дозор на дорогу… Стоп, вспомнил! Ребят Первака мало было! Трое с одной стороны (одного тот жлоб зарубил), один за домом (пристрелил того жлоба) и двое с другой стороны. Шесть, а где еще четверо? И сам Первак?".
Первак сидел на земле, поддерживаемый отроками, тут же валялся шлем, крепко попорченный сильным ударом, скорее всего, топора. Рядом на коленях стоял Матвей и перевязывал Перваку голову.
- Как он? - спросил Мишка.
- Жить будет… если не помрет! - зло отозвался Матвей. - Домой его надо, к Юльке, а еще лучше, к Настене.
- Еще раненые есть?



 
 

<<...