Женька остановился, присматривая место для ночлега, и обернулся назад. Его изум



Женька остановился, присматривая место для ночлега, и обернулся назад. Его изумленный вскрик остановил, едущую впереди Лэю. Зрелище, развернувшееся вокруг них, стоило того, чтобы посмотреть. Они стояли на дне огромной, очень пологой чаши и смотрели на темневшие в милях десяти-пятнадцати кусты и лес, поднимающиеся темной массой над несуществующим здесь горизонтом. А ведь они как будто все время немного поднимались, видя постепенно восходящую поверхность перед собой.
– Смотри! Отсюда видно весь профиль этой огромной раны на теле Сэйлара! – сказал Женька, сняв несколько веточек, мешающих обзору. – Если бы не гравитационная линза, то все это пространство было бы заполнено водой.
– Но почему мы стоим на ее дне? – удивилась Лэя. – Ведь до центра впадины еще несколько сотен миль?



 
 

<<...

 

, .