- Женя, я вам… Я тебе небезразлична? - она, сжавшись, заглядывала мне в глаза. У



- Женя, я вам… Я тебе небезразлична? - она, сжавшись, заглядывала мне в глаза.
У меня внутри все замерло. Да, я же чувствовал это спинным мозгом, но ничего не предпринял раньше. "Сколько же тебя надо учить, старый козел? Сколько можно топтаться по молоденьким душам своими грязными сапогами? Ну чего ты бахвалился? Произвел впечатление - на свою задницу, петух Гамбургский!" - я стоял в ступоре, глядя в карие влажные от готовых пролиться слез, напряженно ждущие глаза, и не знал, что сказать: "Посмотри, как ей страшно - явно, она ведь не каждый день в любви объясняется! И что теперь, ответить этим ждущим глазам и губам?" Первым желанием было начать нежно успокаивать девушку, объяснить, насколько она прекрасна и какой я моральный урод. Но, по своему горькому опыту я знал, что занятие такой "всепонимающе-благородной" позиции приведет к тому, что эта девочка начнет лелеять свою несчастную любовь к блистательному и недоступному принцу - что было бы самым подлым поступком по отношению к ней. Можно было бы попытаться завязать отношения, рассчитывая, что они со временем охладеют. Но это было бы двойным обманом. Я чувствовал, что за первыми теплыми отношениями быстро бы настал миг, когда она не вызывала бы у меня никаких чувств, кроме жалости и, не дай бог, раздражения. А она, скорее всего, извелась бы от ревности и тоски.



 
 

<<...