Но наибольший удар по психике я получил, когда, уже в наших европейских лесах, на



Но наибольший удар по психике я получил, когда, уже в наших европейских лесах, наткнулся на идиллическую картину лани или косули с парой милых оленят. Они так мило паслись на опушке лиственного леса, примыкающего к довольно большой поляне заросшей цветущим лугом, что я не преминул возможностью немного побыть с ними. Однако, примостившись на мамаше, я понял, насколько действительность отличается от, кажущейся идиллией, картины мира. Меня как будто подключили к какому-то источнику тока, настолько напряжена все время была косуля. Она щипала траву, одновременно постоянно проверяя, где ее дети, и осматривая лужайку на предмет возможной опасности. Я только начал привыкать к такому адреналиновому состоянию, как выяснилось, что мамаша все же была недостаточно внимательна. Со стороны кустов раздался шорох. Косуля мгновенно подпрыгнула в воздух, с высоты рассматривая угрозу. Меня буквально захлестнуло шквалом страха. Со стороны лесных кустов мчалась довольно крупная собака. Косуля, мекнув сигнал тревоги, направила детенышей в спринтерский бросок от хищника. Маленькие олени помчались легкой тенью по лесу и уже успешно убегали от собаки, когда один олененок, неудачно перепрыгнув большую канаву, угодил задними ногами в грязь и замешкался, выбираясь оттуда. Мать остановилась, жалобно мыча, подзывая его. Ее разрывали чувства дикого страха и инстинктивная забота о детеныше. Тем временем, собака, радостно лая, настигла олененка и с визгом и довольным урчанием перекусила тому шейные позвонки. Матери ничего не оставалось делать, как продолжить бег за вторым, оставшимся живим чадом. Отцепившись от косули, я вернулся к месту маленькой трагедии. Каково же было мое отвращение, когда я увидел, что собака, даже не стала есть олененка, а, довольно помахивая хвостом, побежала по своим делам, скорее всего, преданно заглядывать в глаза своему хозяину, выпустившему своего лохматого друга-убийцу погулять на свежем воздухе.



 
 

<<...