Книги про психически больных

10 книг об психических расстройствах.

Мировая статистика говорит, что психические расстройства встречаются не реже, чем такие физические недуги, как диабет, онкология или аутоиммунные заболевания. Однако человек, страдающий психическими расстройствами, находится в совершенно иной позиции по отношению к обществу, к собственной семье, а зачастую и к себе самому. На самом деле вокруг вас каждый день гуляет множество вполне симпатичных персонажей с психопатией, хронической депрессией или обсессивно-компульсивным расстройством. Говорить о болезнях вообще тяжело, но говорить о своих психических проблемах — это совсем другая история. Часть людей воспринимают любой психиатрический диагноз как «с ума сошёл» или «тронулся» и решают, что отныне человек, который им о таком диагнозе сообщил, официально неадекватен, а может и опасен. Другая часть неизменно уверена, что если вы не лежите в смирительной рубашке в больнице или у вас не идёт пена изо рта, значит, с вами на самом деле всё нормально, а все эти болезни — это так, «нервы», «нужно внимание», «сам себя накрутил/накрутила» и прочее.

Для родных людей открывается ещё бездна уровней восприятия. Кто-то начинает во всём винить себя и поэтому не может адекватно общаться. Другие волнуются, заразно ли это. Но часть всегда будет помогать и поддерживать вас (именно поэтому так важно делиться своей историей, несмотря на то, что всегда будут те, кто вас не поймут). И, конечно, отдельная проблема — как самому жить с диагнозом: стыд, чувство вины, ненависть к себе и многое другое зачастую становятся постоянными спутниками человека, хотя его болезнь ни в каком из возможных миров не его вина.

В 2017-м на русском языке выходит сразу два мировых бестселлера о жизни с психическими расстройствами:

«Беспокойный ум. Моя победа над биполярным расстройством» Кэй Джеймисон и «Безумно счастливая. Забавная книга об ужасных вещах» Дженни Лоусон.

  • КЭЙ ДЖЕЙМИСОН

«Беспокойный ум. Моя победа над биполярным расстройством»

Кэй Джеймисон — первый в истории клинический психолог, занявший пост профессора психиатрии в Университете Джона Хопкинса — много лет прожила с биполярным расстройством. Хотя врачи часто страдают расстройствами, которые исследуют, крайне редко они открыто и публично высказываются о своём недуге. Автобиография Джеймисон «Беспокойный ум» стала не меньшим прорывом в исследовании аффективных расстройств, чем её клинические исследования. Опираясь на свой опыт пациента, Джеймисон подробно и честно рассказывает о том, что чувствует пациент, чего ему не хватает во время терапии и артикулирует множество проблем, которые крайне сложно выразить человеку без этого опыта и без медицинского образования. Так, один из ключевых моментов, раскрытых Джеймисон, — важность эмоционального присутствия врача, которое играет в выздоровлении большую роль, чем советы или активное успокаивание.

  • СИЛЬВИЯ ПЛАТ

«Под стеклянным колпаком»

Талантливейшая поэтесса, прозаик и художница Сильвия Плат покончила с собой в тридцать лет, но за этот короткий срок успела изменить мир: как своей поэзией, так и автобиографическим романом «Под стеклянным колпаком», в котором от первого лица рассказала, как оказалась на дне депрессии. Простым и ясным слогом, без прикрас Плат говорит о том, как произошёл первый психотический эпизод, как она попала сначала в государственную, а потом в частную психиатрическую клинику, как постепенно оживала и приводила жизнь в порядок, как ей стало легче. В жизни у Плат не оказалось того человека, который мог бы помочь ей справиться с болезнью, который бы удержал её от самоубийства и дал возможность почувствовать свою безусловную ценность. И тем не менее её книга — это вдохновляющая история человека, который падает и поднимается, правдивый рассказ о том, как понять, когда к тебе пришла беда, и о том, как с ней справиться.

  • УИЛЬЯМ СТАЙРОН

«Зримая тьма»

Традиционно общество негативно относится к мужской уязвимости. Говорить о своих чувствах, а тем более о страданиях не в романтическом ключе мужчинам на порядок сложнее (сравните: «Я — вампир, обречённый на столетия одиночества» и «Я — человек, я ненавижу себя, и мне кажется, меня никто никогда не полюбит»). Тем ценнее контрпримеры: великий американский прозаик Уильям Стайрон, автор романов «Выбор Софи» и «Признания Ната Тёрнера», столкнулся с тяжёлой депрессией уже в солидном возрасте. При этом депрессивный эпизод чуть не стоил ему жизни, хотя попытку самоубийства автор всё же не предпринял. В своей автобиографической и одновременно просветительской книге Стайрон максимально подробно описывает своё состояние во время приступов депрессии, рассказывает о том, как впервые пришлось сказать о болезни незнакомому человеку, как он вооружился знаниями, как начал лечиться и как преодолел болезнь. С самого начала Стайрон очень трезво, отчасти пессимистически подходит к понятию излечения в случае клинической депрессии, но и его книга, и вся его жизнь свидетельствуют о том, что болезнь можно и нужно взять под контроль.

  • СЮЗАННА КЕЙСЕН

«Прерванная жизнь»

В 1967 году в восемнадцать лет будущая писательница Сюзанна Кейсен поступила в частную психиатрическую лечебницу с депрессией после попытки суицида, а в больнице ей диагностировали пограничное расстройство личности. Вместо обещанной пары недель Кейсен пробыла в больнице почти полтора года, попав в практически параллельный мир (и из-за болезни, и из-за тогдашних методов лечения). Для автобиографии Кейсен с помощью адвоката смогла получить больничные записи и в книге заново прожила и психоз, и общение с пациентами и врачами. Её книгу 1993 года многократно сравнивали с «Под стеклянным колпаком» Сильвии Плат, а экранизация с Вайноной Райдер стала культовой. «Прерванная жизнь» — нелинейное повествование, построенное как художественное произведение, но свидетельство от этого только выигрывает, показывая другое измерение болезни и её преодоления.

  • ЛОРИ ШИЛЛЕР, АМАНДА БЕННЕТ

«Тихая комната. Путь избавления от страданий безумия»

Лори Шиллер — молодая женщина, у которой есть семья, друзья, её ждёт успех, и при этом ежедневно на протяжении многих лет она слышит голоса. История шизофрении Лори Шиллер изложена ею самой, членами семьи и врачами и, как ни одна другая книга, подробно рассказывает о том, каково это — сходить с ума. «Тихая комната» показывает, что шизофрения не экзотическое расстройство, которое случается только с другими, но недуг, который не зависит от социального положения человека. Более того, Шиллер рассказывает, как много лет скрывала недуг от окружающих — пока не станет хуже. Однако эта книга не о болезни как таковой, а о том, как терапия, медикаментозное лечение и помощь близких помогают в борьбе с расстройством. Она даёт надежду тем, у кого есть близкие, страдающие шизофренией, максимально глубоко раскрывая их переживания.

  • ШАРЛОТТА ПЕРКИНС ГИЛМАН

«Жёлтые обои»

Задолго до «Пролетая над гнездом кукушки» Кена Кизи, в 1892 году феминистка, социолог и писательница Шарлотта Перкинс Гилман написала рассказ «Жёлтые обои» о том, как человека, страдающего депрессией, можно свести с ума. Написанная от первого лица история героини, муж которой, доктор, решает лечить её депрессивное состояние и «истерию» (типичные для XIX века диагнозы) «покоем». Физические упражнения, минимум умственной нагрузки, никакого чтения и письма, изоляция — обыкновенные методы лечения эпохи. Героиня вынуждена проводить часы и дни в комнате с жёлтыми обоями, и они становятся частью психоза, в который она постепенно погружается. Гилман написала этот рассказ после того, как сама оправилась от тяжёлой депрессии, перестав следовать предписаниям психиатра, и отправила врачу текст. Хотя ответа она не получила, рассказ стал одним из ключевых текстов феминистского движения и классическим свидетельством о депрессии и том, как не надо её лечить.

  • КЭРРИ ФИШЕР

«Wishful drinking»

В конце прошлого года мир потерял не только генерала Лею Органу, но и одну из самых ярких интеллектуалок эпохи: писательницу, комедиантку, актрису и борца со стигматизацией психически нездоровых людей. Кэрри Фишер страдала биполярным расстройством в тяжёлой форме, алкогольной и наркотической зависимостью, отважно боролась со всеми своими недугами — и победила. В автобиографической стендап-пьесе и основанной на ней книге «Чтоб вам так пить» («Wishful drinking») Фишер с удивительной откровенностью, юмором и благодарностью рассказывает о своей семье, электрошоковой терапии, обществе анонимных алкоголиков и жизни с болезнью. Текст Фишер важен как свидетельство человека, знающего цену каждому дню своей жизни, умеющего смеяться над миром и над собой, любящего людей и жизнь и заранее симпатизирующего читателю. А такой собеседник необходим каждому.

  • ДЖЕННИ ЛОУСОН

«Безумно счастливая. Забавная книга об ужасных вещах»

Как ни странно, один из лучших способов рассказывать о депрессии — юмор. У писательницы, журналистки и блогера Дженни Лоусон с ним всё отлично, а ещё помимо депрессии она страдает обсессивно-компульсивным расстройством, неконтролируемыми приступами тревоги и имеет полдюжины других диагнозов. Однако Лоусон и её семья и не думали сдаваться: писательница при поддержке близких нашла потрясающий способ противостояния депрессии — безумное счастье. Самые нелепые фантазии, которые могли бы сойти с рук маленькому ребёнку, но не взрослому, Лоусон решает претворить в жизнь и сделать своим главным оружием против невыносимости бытия. Чтобы в периоды, когда сил нет и жизнь выглядит беспросветным мраком, на страже были воспоминания о безрассудных, сумасбродных затеях, которые делали участников счастливыми.

  • ЛЕНА ДАНЭМ

«Я не такая»

Актриса, сценаристка, режиссёр и создательница сериала «Девочки» Лена Данэм написала книгу о себе и о своей жизни с обсессивно-компульсивным расстройством, дисфорией, депрессивными эпизодами и моментами диссоциации личности так, как может это сделать только миллениал: без стыда, чувства вины и пафоса. Болезни Данэм не наказание, не роковой недуг, а такая же часть её жизни, как творчество, друзья, семья или детские воспоминания. Данэм живёт со своими недугами, а не вопреки им. Она не даёт советов, а просто рассказывает о том, как выглядит её жизнь и как она справляется с собой, трогательно описывает отношения с психотерапевтом и с огромной благодарностью и любовью говорит о помощи близких. Главный урок, который преподаёт её история: быть «не такой» — нормально.

  • ДЭВИД ДЖ. МОРРИС

«Злое время. Биография посттравматического синдрома»

Посттравматический синдром (или посттравматическое стрессовое расстройство) был признан диагнозом лишь в 1980-е, а до того людей, страдавших им, причисляли то к трусам, то к истерикам, то к шизофреникам. Морпех в отставке, журналист и писатель Дэвид Дж. Моррис столкнулся не только с непониманием общества, но и с непониманием лечащих его людей, потому что реальность, пережитая им на войне, была недоступна людям, пытавшимся ему помочь. Посттравматический синдром принято связывать с военными действиями, хотя на самом деле им страдают и выжившие в авариях или при терактах, и жертвы насилия, в том числе абьюза, в школе и в семье. Как показывают подкреплённые множеством данных выводы Морриса, ключ к помощи страдающим этим нарушением — это эмпатия и понимание реальности того, что пришлось пережить человеку.

Источник: https://www.b17.ru/blog/60381/

Литературный катехизис: 5 книг про психов

По статистике, каждый третий житель планеты страдает от той или иной формы психического заболевания. Можно относиться к этому факту как к очередной конспирологической выдумке, романтической фантазии («безумцы всех умней» и прочая ересь) или констатации факта, что человечество вымирает. В любом случае, наш список книг не будет лишним – в мире литературы много психов хороших и разных, и некоторых из них стоит знать, так сказать, в лицо.

Герман Мелвилл «Моби Дик»

История болезни:

Главная книга Америки – после Библии, конечно. Итоговое произведение американского романтизма (а в Америке был романтизм). Как правило, при описании романа рассказывают о многочисленных лирических выступлениях, дидактизме, символическом символизме, многомерности и о самом сокровенном – о целеустремленности и борьбе человека с всесильной стихией. В общем, со всем миром сразу.

Диагноз:

На первый план выступает капитан Ахав – брутальный персонаж с протезом из китовьей кости вместо ноги. Брутальный – и с ног до головы сумасшедший. Ахав одержим идеей о личной борьбе и мести белому киту (собственно, Моби Дику, приятно познакомиться), который совершенно неуловим, умен и дерзок. Именно белый кит откусил капитану ногу – и навеки похитил сердце и разум.

Смертельная погоня за коварной рыбиной приобретает фаталистические черты: чем ближе корабль Ахава подходит к местам обитания Моби Дика, тем хуже обстоят дела на корабле. Ахав берет на корабль предсказателя, который усугубляет манию преследования капитана, предсказывая ему фантастические причины смерти. Мысль о кровавой мести белому киту впиталась в кровь Ахава, и больше он не мыслит самостоятельно – свои поступки и слова он, очевидно, не может объяснить даже себе, от этого становясь еще жестче по отношению к матросам. Его помощник Старбек пытается внести разумное зерно, объясняя, что мстить животному с начальным уровнем самосознания бессмысленно. Однако Ахав непреклонен: кит для него является воплощением первородного зла, по непонятной причине направившего свои силы именно в сторону капитана.

Мир вокруг не менее безумен, чем Ахав: во время путешествия команда натыкается на сумасшедшего пророка (он, кстати, считает Моби Дика не дьяволом, а гневом Божьим), матросы проникаются болезненным воодушевлением Ахава, а корабельный кузнец делает специальный гарпун, для изготовления которого пожертвовали свою кровь самые преданные члены команды. Все это происходит на фоне взбесившейся природы: молния ударяет в гарпун Ахава, ветер поворачивает корабль прочь от белого кита, ястреб срывает капитанскую шляпу с Ахава – в общем, полный треш. Повествование постоянно спотыкается о научные факты о китах – от подробнейшей анатомии до образов кита в астрономии – библейские сюжеты, притчи, истории о каннибализме и пропавших детях. Читать стоит, но очень осторожно – по прочтении книги можно и правда на время лишиться рассудка: роман от первой до последней страницы вынести крайне сложно.

Джон Фаулз «Коллекционер»

История болезни:

Занятный роман одного из главных мистиков современного реализма – как ни удивительно, абсолютно лишенный магических черт. Композиционно сюжет делится на две части: одна написана от лица маньяка, другая – от лица жертвы. Девушку жалко, маньяка нам все равно не понять – но почитать действительно интересно.

Диагноз:

Фредерик Клегг – так зовут главного героя – интересуется только бабочками и Мирандой Грей, красивой и популярной студенткой художественного училища. По странному стечению обстоятельств Клегг выигрывает значительную сумму на скачках, после чего увольняется с работы и покупает дом в уединении. Тогда ему в голову приходит идея о похищении прекрасной Миранды – потому что почему нет?

В своих дневниковых записях Фредерик мечтает о том, как он и Миранда часами говорят на разные темы, любят друг друга и наслаждаются простым человеческим счастьем найти родственную душу. В реальности все не так: им совершенно не о чем говорить – тем более Миранда уверена, что похищение имеет целью сексуальное насилие. Но, как обычно происходит в историях про маньяков-затворников, Клегг настолько же далек от подобных помыслов, насколько коллекционирование бабочек отличается от коллекционирования людей. Он старается быть идеальным кавалером для Миранды: покупает ей книги об искусстве, обставляет комнату вещами, которые, по идее, должны нравиться девушке. Но почему-то не хочет она с ним дружить. Сложно дружить с бабочкой, когда она не мертва.

Миранда совершает типичную ошибку женщины – в какой-то момент она начинает жалеть Фредерика: он кажется ей жалким, бездушным, но тянущимся к чему-то прекрасному. Просто его интеллектуальные способности улавливают прекрасное только в ней. Клеггу не повезло – новое приобретение оказалось очень жадным до жизни. Несчастный маньяк сам мертв изнутри – ему не угнаться за бабочкой. Мучительная любовь умирает вместе с Мирандой – и на свет появляется новая сущность Клегга: так повествование обретает ну очень реалистические черты, так что острые ощущения обеспечены.

Брет Истон Эллис «Американский психопат»

История болезни:

Повествование ведется от богатого жителя Манхэттэна Патрика Бэйтмена – самопровозглашенного маньяка и убийцы. Не Чак Паланик, конечно, но скрупулезные подробности секса и убийств немного пугают.

Диагноз:

В лице Патрика Бэйтмена воплощен образ яппи 80-х: сын богатого отца, вице-президент компании, выпускник Гарварда, красавчик и любитель кокаина. По сути, если игнорировать систематические убийства, в романе гиперболически описывается то, что происходило в конце 80-х с нью-йоркской элитой и в остальном обществе. Если не игнорировать систематические убийства, то и в этом случае можно примерно представить определенный срез жителей Нью-Йорка того времени: проститутки дорогие и подешевле, клерки, этнические меньшинства (отличившему японца от китайца 50 долларов), безработные и бомжи, гомосексуалисты, саксофонист, таксисты – и, конечно, большое количество крыс. Всех этих созданий божьих Бейтмен, собственно, и убивает по ходу сюжета.

Есть подозрение, что Патрик пытается залить кровью пустоту своей души – но это даже звучит излишне патетично. Любая женщина, проявляющая к нему более-менее живые чувства, моментально подвергается жестокому расчленению. Однако подробности убийств действительно слишком фанатично расписаны, поэтому среди критиков и читателей есть предположение, что насилие – это фантазии главного героя, который с трудом переживает бессмысленность и беспощадность хорошей жизни. Это сближает «Американского психопата» с еще одной книгой о раздвоении личности, не лишенной цинизма, – мы говорим о «Бойцовском клубе», конечно.

Не странно и не удивительно в книге то, что становится удивительным ближе к концу: мир еще более безумен, чем любой маньяк. Даже когда Патрик приходит с повинной к своему адвокату в поисках то ли спасения, то ли мазохистского унижения, ему не верят: адвокат совсем недавно обедал с одной из жертв Бейтмена, так что убийства быть попросту не могло. И тут вновь классическая ситуация из постмодернизма «думайте сами, решайте сами» – то ли Патрик действительно потерял связь с реальностью, то ли реальность светских животных настолько жалкая, что людям в общем-то параллельно, кто как выглядит и что с ним происходит. Пища для размышления определенно есть – правда, сцены наподобие выкалывания глаз бомжу немного портят картину.

Патрик Зюскинд «Парфюмер»

История болезни:

Классика сюжетов о психах. Когда-то весьма популярный роман об очень странном субъекте по имени Жан-Батист Гренуй, который был помешан на запахах, но от природы немного аутист. В какой-то момент наваждение переходит в мир материальных вещей – и Гренуй начинает охотиться за юными благоухающими девушками и делает из них духи.

Диагноз:

«Парфюмер» ставит вопрос о тонкой грани между гениальностью и сумасшествием: когда человека можно назвать психом и не прощать ему «странности»? Умение создавать аромат, который позволит буквально управлять людьми, – это несомненный талант. Однако бальзамировать для этого самых красивых девушек Граса – это несомненное безумие. Гренуй может сделать духи из кошачьих экскрементов и куска сыра – и люди будут принимать его в обществе. В то же время Гренуй душит девушку, чтобы завладеть ее запахом – и совершенно не раскаивается.

Обычный человек не может разобрать симфонию ароматов, так же как не способен понять механизм создания музыки в голове композитора. Так что Гренуй в каком-то роде волшебник, который не только находит прекрасным запах помойки наравне с запахом цветов, но и может создать из него божественную эссенцию. Проблема в том, что герою незнакомо понятие морали, и ценность человеческой жизни для него лишь набор слов. Вроде бы гениям простительно отдаление от действительности и полный эскапизм, но даже мир абстрагирования имеет свои рамки в социуме. Здесь и проходит граница между безумием и гениальностью: гением восхищаются до тех пор, пока он не преступит общечеловеческий закон. Или не создаст духи для правителя мира.

Жан-Поль Сартр «Тошнота»

История болезни:

Художественное произведение философа-экзистенциалиста – это звучит мощно. Антуан Рокантен ведет свой дневник, в котором самостоятельно описывает все симптомы психического расстройства. Он не режет людей на крабовые палочки, не насилует женщин и детей, не гоняется за китом-дьяволом – по сути, Антуан вполне пассивный псих. Неживые предметы кажутся ему живыми, а общество вызывает рвотные позывы.

Диагноз:

Мы не просто так отметили, что «Тошнота» – произведение философа. Даже если оно покажется скучным или давящим на читателя, это все специально. Приступы безумия, панические атаки, галлюцинации – это человеческая судьба, абсурд, безысходность. Антуан не может справиться с мыслью, что мир существует отдельно от субъективного сознания. Мир – он просто есть, отстраненный и бесстрастный. Человеку очень сложно осознать тот факт, что сознание не то чтобы определяет бытие – оно вообще ничего не определяет. Именно это и делает человека свободным, но эта свобода скорее пугает, чем восхищает. То есть с Антуаном произошла довольно занятная история: он осознал, что абсолютно свободен, – и это свело его с ума.

Истинное счастье – это творчество: Рокантен чувствует себя счастливым только в моменты полного погружения в музыку. Но тошнота постоянно возвращает его к реальности, выступая напоминанием о другой, страшной глубине, в которую погружается человек. «Тошноту» сложновато читать залпом – этот роман не из тех, над которыми сидишь ночь напролет – и все же прочитать полезно: такие книги развивают в нас способность размышлять, и согласие с автором тут не играет никакой роли.

Источник: https://club.trendsbrands.ru/things/post/literaturnyy-katehizis-br5-knig-pro-psihov/

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *